Главная » 2017 » Август » 2 » Триумф советского оружия - Штурм Познани (часть 2)
00:51
Триумф советского оружия - Штурм Познани (часть 2)

Фото: © РИА Новости

Вскрытие скорлупы! 

Предварительное разрушение фортов и артподготовка не проводились – артиллерия 27 января 1945 года открыла огонь одновременно с поднявшейся в атаку советской пехотой. Трех-пятиминутными огневыми налетами наши артиллеристы подавляли живую силу и огневые средства противника до тех пор, пока пехота не прошла в промежутки между ними и не блокировала их.

Для действий внутри фортов и на улицах города советское командование создало специальные штурмовые группы. В состав одной из таких групп было включено: стрелков и автоматчиков – 41; 76-мм полковых пушек – 1; 76-мм дивизионных пушек – 3; 45-мм противотанковых пушек – 1; 122-мм гаубиц – 2; танков Т-34 – 2. В то же время в состав другой штурмовой группы того же стрелкового полка были включены 25 стрелков и автоматчиков, одна 76-мм дивизионная пушка и две 122-мм гаубицы, а также три танка и САУ. Третья штурмовая группа данного полка имела уже 18 стрелков и автоматчиков, одну 76-мм полковую и восемь 76-мм дивизионных пушек, а также две 122-мм гаубицы и один танк Т-34. Ряд штурмовых групп и отрядов усилили 152-мм гаубицами-пушками МЛ-20 и 203-мм гаубицами Б-4.


Маршал Советского Союза Василий Чуйков позже так описывал действия артиллерии и штурмовых групп при штурме фортов Познани:

«Бой за форт Бонин вела штурмовая группа, в которую входили стрелковая рота неполного состава, рота 82-миллиметровых минометов, рота саперов, отделение химиков-дымовиков, два танка Т-34 и батарея 152-миллиметровых орудий.

После артиллерийской обработки форта штурмовая группа под прикрытием дымовой завесы ворвалась в центральный вход. Ей удалось овладеть двумя центральными воротами и одним из казематов, прикрывавшим подход к этим воротам. Противник, открыв сильный ружейно-пулеметный огонь из других казематов и применив также фаустпатроны и гранаты, отбил атаку.

Мы тут же поняли причины неудачи. Оказалось, что форт штурмовали только со стороны главного входа, не сковывая противника с других направлений. Это позволило ему сосредоточить все силы и весь огонь в одном месте. Кроме того, практика показала, что для штурма фортов калибр орудий 152 миллиметра явно недостаточен.


Вторая атака началась после обработки форта тяжелыми орудиями, стрелявшими бетонобойными снарядами. Штурмовая группа подступала к противнику с трех направлений. Артиллерия и во время штурма не прекращала огня по амбразурам и уцелевшим огневым точкам. После короткой борьбы противник капитулировал.

Продвижению наших войск сильно мешал мощный дот. Ликвидировать его поручили группе саперов под командованием старшего лейтенанта Проскурина. Вооружившись гранатами и взрывчаткой, саперы поползли к доту. Их прикрывала стрелковая рота, которая из противотанковых ружей и ручных пулеметов вела огонь по вражеским амбразурам.

Проскурин и его подчиненные быстро достигли дота, но его гарнизон вызвал на себя огонь артиллерии и минометов. Наши бойцы не дрогнули. Под градом осколков саперы пробрались к огневой точке и заложили 50 килограммов взрывчатки у амбразуры. Взрывная волна оглушила фашистов. Саперы ворвались в дот. После короткой схватки вражеский гарнизон был уничтожен».
 

Упорное сопротивление оказал гарнизон форта Грольман, который находился в центре города и не входил во внешнюю цепь фортов. Его гарнизон вел сильный огонь, простреливая ближние подступы, а огнем из башен крепости держал под обстрелом прилегающие улицы. Советская артиллерия вела по форту интенсивный огонь с закрытых позиций, но не смогла нанести ему существенных повреждений. И тогда были созданы специальные штурмовые группы, включавшие 50 автоматчиков и стрелков, две 76-мм полковые, две 45-мм и восемь 76-мм дивизионных пушек, четыре 122-мм гаубицы, три 152-мм гаубицы-пушки, а также одну 203-мм гаубицу и шесть огнеметчиков. Огонь 20 орудий разных калибров, в том числе и крупных, должен был подготовить условия для успешного штурма автоматчиками мощного опорного пункта противника.
 

В самое пекло!

В ночь на 2 февраля 1945 года все орудия, обеспечивавшие действия штурмовой группы, были выдвинуты на огневые позиции для стрельбы прямой наводкой на северную окраину парка, находившегося в 200 м перед фортом. Каждое орудие получило конкретную задачу, которая была поставлена с учетом его огневых возможностей. Артиллерия заняла и оборудовала огневые позиции ночью, причем во время вывода орудий на огневые позиции наша пехота вела огонь по бойницам и амбразурам форта, прикрывая вывод орудий.


152-мм орудия МЛ-20 были подвезены к огневым позициям автомобилями-тягачами, а на самую позицию подтягивались вручную силами орудийных расчетов своего и соседних орудий, а 203-мм гаубица Б-4 была выведена на огневую позицию в вооруженном виде, с уже установленным на лафете стволом, с началом обстрела форта другими орудиями (ее установили в заранее подготовленный котлован).

45-мм и 76-мм пушки получили задачу вести огонь по бойницам форта осколочными гранатами. 122-мм и 152-мм орудиям ставилась задача разрушить башни форта в его верхней части – в них находились пулеметчики и автоматчики противника. В свою очередь, 203-мм гаубица должна была сделать пролом в стене форта, для чего ее огневую позицию подготовили на удалении 300 м от стен форта. Огнеметчики же, входившие в состав штурмовой группы, должны были в конце артиллерийской подготовки зажечь форт, направив струи огня через амбразуры.
 

Фото: © РИА Новости/Григорий Капустянский

С утра 2 февраля 1945 года по сигналу старшего артиллерийского командира, руководившего действиями этих 20 орудий, все они открыли огонь по форту. Обстрел форта продолжался 20 минут. 45-мм и 76-мм орудия, входившие в состав штурмовой группы, наведенные каждое в указанную ему амбразуру, осколочными снарядами поражали живую силу противника внутри форта. 203-мм гаубица Б-4, выдвинутая для стрельбы прямой наводкой, произвела семь выстрелов по стене форта, проделав в стене два пролома размером более 1 кв. м каждый.

По сигналу старшего артиллерийского командира, находившегося на огневой позиции, огонь орудий был внезапно прекращен. Огнеметчики, выдвинувшиеся вперед к стенам форта, выпустили в проломы в стене несколько очередей из огнеметов и подожгли форт. В этот момент автоматчики штурмовой группы поднялись в атаку и вскоре овладели всеми помещениями форта.


В результате мощного обстрела 20 орудиями разных калибров прямой наводкой форт был значительно поврежден, а его огневые средства подавлены. Огнеметчики и автоматчики штурмовой группы завершили уничтожение живой силы, оборонявшейся в казематах форта.

Первые же операции оказались очень успешными: штурмовые группы взломали оборону нескольких фортов. Орудия огнём по амбразурам загоняли защитников внутрь укреплений, а подошедшие под прикрытием обстрела сапёры подрывали укрепления. Для этого использовался грубый, но эффективный способ: через вентиляцию внутрь бункеров заливалось горючее, после чего вниз летел "коктейль Молотова". Мощь артиллерийской поддержки была просто невероятной: в создаваемых на лету штурмовых отрядах пушкарей могло быть больше, чем пехотинцев, а обстрел вели всеми калибрами, включая 203-мм осадные гаубицы.

Быстрый прорыв внешнего обвода обороны, казалось, приведёт к мгновенному захвату всего города. Форты атаковались теперь не только с фронта, но и из тыла. Из-за появления советских войск внутри Познани некоторые отряды оказались отсечены у окраин и сдались либо погибли, пытаясь прорваться. Артиллерия, довольно многочисленная поначалу, была почти полностью захвачена. Чуйков отправил ультиматум, требуя сдачи: "Поднимите белые флаги и смело идите в направлении наших войск". Однако, еще 1 февраля в город по воздуху прибыл новый комендант — полковник Гонелл, спешно произведённый в генералы. Аэродром подле Познани некоторое время функционировал, а погода улучшилась, так что немцы смогли в некотором объёме снабжать осаждённых. Энергичный и квалифицированный новоиспеченный генерал сумел восстановить боевой дух гарнизона и быстро загнул фланги, создав новый очаг сопротивления в центре города. Даже потеря аэродрома и как результат полная изоляция крепости не смутила нового командующего.

На советской стороне баррикады также произошли изменения. В Познань прибыли дополнительно две бригады тяжёлой артиллерии и дивизион особой мощности — 28-см мортиры. Однако, даже при их поддержке наступление продолжалось медленно. Немцы опирались на развитую систему убежищ в старых укреплениях. Чтобы подойти к казематам, атакующим приходилось пробираться через рвы, неприятель неожиданно начинал обстреливать советских солдат из не обнаруженных сразу амбразур. Рвы также простреливались из специальных амбразур. Некоторые форты приходилось брать, подкатывая тяжёлые орудия почти вплотную к окнам под прикрытием дымов и огня пушек меньшего калибра. Другие брались на удивление спокойно и даже буднично. Иногда сапёрам удавалось незаметно проникнуть на крыши казематов, после чего внутрь, как обычно, заливали мазут и поджигали (при возможности использовались также огнемёты), а затем косили выбегающих солдат гарнизона. Здание гестапо взяли, пробравшись на первый этаж и подтащив 175 килограммов взрывчатки.

Основной тактической единицей были штурмовые группы. Каждая включала стрелковую роту (по 45-му году это обычно всего 40—60 человек), сапёров, огнемётчиков и химиков для постановки дымовых завес. Каждой группе в качестве решающего аргумента придавались огнемётный танк или самоходка и пара пушек. Пехотинцам выдавались сверхштатные гранаты для зачистки казематов, причём неофициально бойцы по опыту боёв часто накапливали дополнительные гранаты на всякий случай, так что солдат штурмовой группы мог иметь их с десяток. В качестве инженерного боеприпаса использовали трофейные фаустпатроны, которых в городе захватили многие тысячи. Сапёров нагружали шанцевым инструментом, фашинами для преодоления крепостных рвов и верёвками. Отдельную гордость сапёров составляли специальные заряды для ослепления огневых точек, кустарные светошумовые бомбы по 250 кг массой. 

Штурмовые группы последовательно зачищали дома, самоходки пробивали бреши в стенах, туда входили группы захвата, а танки и орудия работали по чердакам и выявленным огневым точкам. Иногда для вящего эффекта по фасадам запускали отдельные реактивные снаряды. Направляющие закрепляли с помощью немецких трофейных треног от пулемётов. РСы проламывали до 80 см кирпича, а возможность таскать их на руках позволяла стрелять прямо из окон. Часто советские солдаты сознательно старались обрушить стены, чтобы завалить амбразуры в подвалах и на первых этажах. Там, где самоходки не могли пройти или не могли обеспечить внезапность, дыры в стенах пробивали сапёры. В здании штурмовые группы старались сразу захватить верхние этажи, чтобы перекрыть возможность сбежать из дома или, наоборот, прийти ему на помощь снаружи. Двери выбивали подготовленными зарядами взрывчатки, после чего гранатами и огнём в упор уничтожали всё, что пыталось сопротивляться.

Улицы очищались при помощи танков, прикрывавших друг друга и пехоту, и пехоты, прикрывавшей танки. Вопреки популярному стереотипу, танки на улицах при должной поддержке пехоты — грозная сила. Рассказы о школьниках, уничтожавших танки фаустпатронами, не должны смущать: на каждого, кому удавался такой подвиг, приходились десятки менее везучих, подстреленных пехотой сопровождения, а то и из самих бронированных машин. При необходимости танки шли по краям улицы, создавая своего рода бронированный коридор для стрелков, малоуязвимый для огня.

Артиллерия в уличных боях

Фото: © РИА Новости/Григорий Капустянский


Весьма интересен весь спектр применения советским командованием артиллерии в уличных боях в Познани. К примеру 240-й гвардейский стрелковый полк, который вел ожесточенный бой за опорный пункт немцев, расположенный на территории мясокомбината. Для его штурма была создана специальная группа в составе 50 человек, усиленная батареей 76-мм дивизионных пушек, а также двумя полковыми 76-мм и двумя 45-мм пушками.

Мясокомбинат состоял из большого четырехэтажного корпуса с системой вспомогательных зданий, прилегавших к главному корпусу. Группа зданий была обнесена кирпичной стеной, доходившей до второго этажа центрального корпуса. Из окон третьего и четвертого этажей немцы обстреливали ружейно-пулеметным огнем подступы к стене, а при попытке наших артиллеристов выкатить орудия для стрельбы прямой наводкой применяли фаустпатроны.

Под покровом ночи три орудия были поставлены на расстоянии 350–400 м от здания и получили возможность вести огонь по третьему и четвертому этажам здания. Одну 76-мм полковую пушку поставили у противоположного угла здания с задачей вести огонь от угла улицы по верхним этажам здания мясокомбината. При этом из состава штурмовой группы была выделена захватывающая подгруппа в составе 25 человек с двумя орудиями, которая получила задачу обойти мясокомбинат справа и, проделав в опоясывающей его стене пролом при помощи тола, вкатить в него орудие, которое должно было немедленно открыть огонь по центральному входу (воротам) корпуса. Другое 76-мм полковое орудие должно было прикрывать огнем действия первого орудия.


Остальная артиллерия данной штурмовой группы должна была по сигналу открыть огонь по окнам третьего и четвертого этажей с фронта одновременно с ведением огня пехотой с задачей отвлечь внимание противника на себя и своими действиями сковать его. Из состава штурмовой группы 25 человек остались в подгруппе обеспечения, которая должна была своим огнем и демонстрацией штурма отвлечь на себя огонь противника из окон фронтальных стен.

Ночью все орудия были поставлены на огневые позиции, забаррикадированы кирпичом, бревнами и другим подручным материалом. Захватывающая подгруппа с двумя орудиями к рассвету обошла здание мясокомбината и подошла к тому месту, где саперы заложили под стену бочки с толом.

По команде командира штурмовой группы орудия дали несколько залпов по окнам здания и в этот же момент саперы произвели взрыв стены. В образовавшийся пролом шириной около 3 м сразу же была выдвинута 76-мм дивизионная пушка. Вкатив орудие прямо в ворота центрального корпуса, командир орудия открыл огонь осколочными гранатами и картечью. Противник, не ожидавший такого удара с тыла, был ошеломлен, что способствовало быстрейшему его уничтожению. Гарнизон первого этажа здания был полностью уничтожен. Расчет орудия, укрываясь за щитом, вел беглый огонь по внутренним стенам цеха.


 

76-мм полковая пушка, заняв огневую позицию в проломе стены, проделанном саперами, произвела несколько выстрелов по окнам второго и третьего этажей тыльной стены, обеспечив этим захватывающей подгруппе возможность ворваться в ворота мясокомбината и быстро овладеть первым этажом главного корпуса. В момент броска захватывающей подгруппы 76-мм дивизионная пушка огонь прекратила.

Противник, почувствовав опасность нанесенного нашей штурмовой группой удара с тыла, направил часть своих огневых средств к окнам тыльной стены, но в это время захватывающая подгруппа уже ворвалась на второй этаж и там завязала бой с гарнизоном мясокомбината.

Подгруппа обеспечения под прикрытием огня орудий, ведущих огонь с фронта по верхним этажам здания, приблизилась вплотную к стене и с прекращением огня артиллерией ворвалась в боковые ворота и во двор мясокомбината с восточной стороны. Завязался бой внутри здания.

В течение всего дня штурмовые группы очищали мясокомбинат от противника и с помощью подошедшего подкрепления из состава того же полка к вечеру полностью овладели центральным корпусом мясокомбината и прилегающими к нему зданиями.
 

Огнемётчики

В ходе боев за отдельные объекты внутри крупных населенных пунктов, представлявшие собой целый комплекс зданий и различного рода сооружений, в целях ускорения штурма и снижения потерь своих сил практиковался их сплошной поджог. С этой целью в состав штурмовых групп включались огнеметные подразделения ранцевых огнеметов или же огнеметные танки.

В боях за Познань немцы, задерживая продвижение правого фланга 27-й гвардейской стрелковой дивизии, упорно обороняли один из кварталов города, в котором находился крупный завод с большим количеством корпусов. Неоднократные попытки штурмовать заводские здания успехом не увенчались, и тогда командир дивизии решил уничтожить этот узел сопротивления противника путем последовательного поджога зданий из ранцевых огнеметов.

Для решения этой задачи было создано шесть штурмовых групп, состоявших в основном из огнеметчиков. Каждая группа имела не более пяти стрелков, десяти саперов (в том числе четыре огнеметчика, один сапер-дымовик и четыре сапера-штурмовика), а также два 76-мм орудия. Большое количество штурмовых групп – шесть – определялось планом штурма: объект штурма был разделен на шесть «участков поджога» и группам надлежало обеспечить огнем личного оружия и огнем орудий, стрелявших прямой наводкой, подход огнеметчиков к участкам поджога. Каждому командиру орудия были поставлены конкретные задачи командиром саперного отделения, входившего в состав соответствующей штурмовой группы.

Фото: © РИА Новости/Анатолий Морозов

Все штурмовые группы начали штурм одновременно. Саперы под прикрытием огня орудий и автоматчиков проникли в заводские здания и в течение нескольких минут зажгли восемь заводских корпусов. После этого немцы оставили обороняемый ими квартал и частично сдались в плен.

В ходе уличных боев в ряде городов нашей наступавшей пехоте приходилось вызывать артиллерийский огонь по тому же зданию, в котором она вела бой с противником. Иногда расстояние от нашей пехоты до противника составляло всего несколько метров и отделялось стеной, комнатой или лестницей этажа. Нередко небольшим группам пехоты в ночное время удавалось проникнуть в здание, занятое противником, и завязать с ним бой внутри этого здания.

Дым от разрывов, а также известковая пыль от разрушенных зданий, поднимавшиеся во время артиллерийского обстрела, до некоторой степени ослепляли противника, засевшего в здании, поэтому наша пехота, воспользовавшись этим, преодолевала обстреливаемое противником пространство и проникала в здание.

В качестве поддержки русские активно пользовались услугами польских волонтёров. Поляки оказали неоценимую помощь в качестве проводников, местные медики работали по специальности, а гражданских добровольцев вовсю использовали для помощи сапёрам при наведении мостов, расчистке дорог и завалов. Словом, нельзя сказать, что жители Познани просто присутствовали при освобождении родного города.

К 17 февраля во всём городе сопротивление оказывала только Цитадель — старое укрепление в центре. Там засело 6 тысяч солдат, причём мимо Цитадели шла железная дорога, необходимая для снабжения наступающих войск к западу от Познани. Последний рывок должны были сделать две стрелковых дивизии, усиленные штурмовой бригадой и громадным количеством артиллерии. На участке прорыва шириной в километр собрали около 300 орудий и миномётов, включая 47 203- и 280-мм чудищ, не считая неизменных "Катюш" и самоходок, — грандиозная группировка для такого небольшого участка. Чуйков со штабом расположился вплотную к полю боя в здании театра.

продолжение следует...

Источники:

https://topwar.ru/47928-shturmovye-gruppy-v-bitve-za-poznan.html

https://life.ru/t/армия/913265/ad_na_ulitsakh_shturm_poznani_krasnoi_armiiei

http://ruhm80.livejournal.com/60229.html

 

Категория: ИСТОРИЯ | Просмотров: 24 | Добавил: Pride
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
ВВЕРХ